Итоги 2002 года для мировой ЦБП еще будут подведены, и мы об этом, как всегда, еще подробно напишем (ждите весной обзор годовых отчетов ведущих бумажных компаний), но уже сейчас можно сказать, что 2002 год был абсолютно «никаким». Не произошло ничего особенного, ничего, чем этот год запомнился бы. Давайте поговорим о том, что нам стоит ожидать от недавно наступившего 2003 года.

«БиЖ» много пишет о кризисе мирового бумажного производства. Итоги тяжелого 2001 года были подведены в №8/2002. Тогда одним из ключевых выводов был следующий: на фоне всеобщего сокращения производства только сектор тиссью продолжил рост. Давайте разберемся, что такого особенного в этом самом тиссью, и почему в этом секторе происходят события, кардинальным образом отличающиеся от событий, происходящих в мировой ЦБП.

Иногда мы позволяем себе иронично сравнивать показатели украинской ЦБП с далекими и могучими странами, где люди каким-то мистическим образом умудряются производить неисчислимые миллионы тонн целлюлозы и бумаги, потребляя при этом по 200, а то и по 300 кг бумаги на человека в год. Наверное, пора завязывать с такими сравнениями, поскольку они делаются скорее от избытка любви к Родине, затмевающей здравый смысл, чем от конструктивных аналитических соображений. Давайте обратимся лучше к странам, находящимся на несравненно менее высокой степени развития, — к наших ближайшим соседям, которые еще 15 лет назад также как и мы учили в школе биографию дедушки Ленина и лишь в начале 90-х стали на самостоятельный путь. Посмотрим, куда завел их этот путь, и чему стоит у них поучиться. Хотя бы в плане бумажного бизнеса.

Предыдущая статья (см. «БиЖ» №11/2002) заканчивалась рассуждениями о перспективах развития собственного производства целлюлозы в Украине. В 12-ом номере есть еще одна статья, развивающая эту идею (правда, под достаточно оригинальным углом — см. рубрику «Есть тема…»). В общем, решили подойти системно, подать несколько разных идей последовательно. А в этой статье мы поговорим о столь любимых аналитиками импорте и экспорте. А вместе с ними, соответственно, и о потреблении целлюлозы в Украине.

Гаргантюа, герой известного произведения Франсуа Рабле, проделал множество экспериментов с представителями животного мира, предметами обихода и просто случайными вещами, чтобы определить, каким способом поддерживать свое физическое тело в чистоте. За подробностями отсылаем к автору. С тех пор цивилизация значительно продвинулась в вопросах гигиены. Мы попытаемся проследить, как обстоят дела с этим в Украине.

В статье пойдет речь о двух законах, которые потрясли (и продолжают трясти) всю прогрессивную бумажную и полиграфическую общественность. Законы, о которых мы будем писать, касаются полиграфистов и издателей, импортеров бумаги, красок, полиграфического оборудования и запчастей к нему, а также отечественных производителей полиграфической продукции. В идеале, конечно, хотелось бы, чтобы все отношения и интересы этих трех групп были сбалансированы, но, увы, мы наблюдаем лишь разрозненные попытки лоббировать свои узкие интересы. Данная статья является продолжением статьи «Концептуальное чтиво» («БиЖ», №9/2002), поэтому, чтобы получить более полное представление о теме, рекомендуем перечитать уже написанное.

Не в обиду великому и могучему, с течением времени английское слово «tissue» (с англ. — бумага/ткань особ. тонкая, дорогая; паутина, сеть, сплетение) все чаще встречается в обиходе русскоговорящего человека, когда речь заходит о бумажных салфетках, полотенцах, туалетной бумаге, наконец. И сегодня мы уже знаем, опять же благодаря тлетворному влиянию Запада, что салфетки бывают гигиеническими, да еще и влажными, полотенца — не только вафельными и махровыми, но и бумажными, а туалетная бумага — не серая и «опилки» содержащая, а цветная, с тиснением и (кто бы мог предположить!) ароматизированная. Разве мог предположить Скот Пэйпер, который в начале прошлого века додумался выпускать туалетную бумагу в рулонах, но, постыдившись своего товара, так и не решился ставить на нем клеймо собственной фирмы, а также нью-йоркский бизнесмен Джозеф Гетти, который еще в 1857 начал продавать увлажненные листы бумаги по 500 штук за 50 центов каждая упаковка, что спустя время бумага для туалета и ее производные станут бизнесом с годовым оборотом более чем в 2,4 миллиарда долларов?! А в развитие технологий индустрии тиссью будут вкладывать деньги гиганты мирового рынка? Но обо всем по порядку.

Готов поспорить, что при слове эвкалипт у любого нормального человека возникают ассоциации с эвкалиптовым маслом, которое обладает исключительными лечебными свойствами и стоит в одном ряду с лавандой (той самой, горной, как в песне поется), мятой и прочими целебными растениями. Однако «БиЖ» — не медицинский журнал. В рамках нашей тематики эвкалипт может ассоциироваться только с эвкалиптовой целлюлозой. Вот о ней и поговорим. Тема интересная. В редакцию «БиЖ» неоднократно поступали запросы (преимущественно из России) о крупнейших компаниях-производителях и поставщиках эвкалиптовой целлюлозы. Очевидно, что этот вопрос интересует в СНГ многих. Ну и, кроме того, что перспективы развития рынка эвкалиптовой целлюлозы интересны сами по себе, эта тема занятна еще и тем, что напрямую связана с проблемой экологии тропических лесов, в которых, в основном, произрастают эвкалиптовые деревья.