Нам, за Китайской Стеной, виднее...
Вот уже более пяти лет в Российской Федерации ведется работа над новым федеральным Лесным Кодексом. Чем не нравится российским политикам и бизнесменам документ, принятый в 1997 году? Что предполагает новый проект кодекса, разработанный Правительством, и почему этот законопроект вызвал столь неоднозначные отзывы в обществе? Каково состояние «неисчерпаемого» русского леса сейчас, и что ждет его в будущем? На эти и некоторые другие вопросы мы с вами сейчас и попытаемся найти ответы.
The discussion around project of the Forest Code of Russia lasts more than five years. What is wrong with the Code of 1997 for Russian politicians and business? What’s new in the Government Project and why is it so criticized by public? Is Russian forest really inexhaustible?
На проблемы, связанные с лесной промышленностью, есть два основных взгляда:
- правительственный (или взгляд промышленных групп);
- взгляд экологов и общественных организаций.
Для первого характерно поверхностное отношение к проблеме, и основывается он на данных государственной статистики и экономических интересах. Именно эти соображения легли в основу последнего правительственного законопроекта Лесного кодекса, который «в пух и прах» раскритиковали представители общественности и российского Гринписа.
Данные государственной статистики говорят нам об огромном зеленом море, о росте производства и прочих приятных для глаз членов российского правительства тенденциях. Проанализируем взгляд со стороны.
По информации American Forest & Paper Association (AFPA), в России имеется значительное количество лесных ресурсов, которые практически полностью контролируются государством. Существует и всесторонняя регулятивная база, хотя она не всегда исполняется. Большая часть российских ресурсов используется нерентабельно, и вклад страны — лишь относительно небольшой процент в мировом производстве лесоматериалов. Несмотря на это, в последние годы увеличение экспорта лесоматериалов на рынки Азии и Европы означало для российской лесной продукции повышение влияния на международных рынках лесоматериалов.
Проблемы лесов. Взгляд правительства
На совещании в Сыктывкаре 6 апреля 2006 года президент РФ Владимир Путин затронул три проблемы, касающиеся русского леса. Прежде всего, он обратил внимание на то, что древесину из страны продолжают вывозить в необработанном виде. Если в мировой торговле лесоматериалами доля России по валютной выручке составляет 3%, то по необработанной древесине — 22%. «Наши соседи зарабатывают на обработке российского леса миллиарды долларов, а мы мало что делаем, чтобы создавать у себя условия для переработки древесины», — отметил Владимир Путин.
Вторая проблема, отмеченная президентом, — незаконная вырубка леса. Ежегодный ущерб только от зафиксированных вырубок леса составляет более 5 млрд. руб. (около 250 млн. долларов). Древесину нелегального характера покупают другие страны.
«В 2004 году на форуме ООН по лесам Россия выступила с инициативой начать международный процесс по правоприменению в этой сфере. Его цель — мобилизация усилий для совместной борьбы с незаконной вырубкой леса и торговлей им. Убежден, что сегодня нужен четкий внутренний план действий, жестко перекрывающий нелегальную заготовку и торговлю лесом», — отметил Президент России.
Эти данные основаны, скорее всего, на официальной статистике. Так, некоторые чиновники в Министерстве, которые контролируют заготовку древесины в России, утверждают, что незаконной является менее 1% всей лесозаготовки. В тоже время большинство других источников полагает, что от 20 до 30% лесозаготовок незаконны, и этот процент в некоторых регионах страны может достигать 50%.
По оптимистичным оценкам AFPA, 15–20% российских лесозаготовок могут быть незаконными, но в экспорте лесоматериалов наблюдается более высокий процент (в среднем 25%).
Президент России также отметил необходимость повышения эффективности ЛПК. Сейчас на его долю приходится всего чуть более 1% ВВП страны. Здесь попрежнему работает около 30 тыс. предприятий. Большинство из них маломощны и не способны выполнять функции по восстановлению и защите лесов, и тем более — развивать свою инфраструктуру, занимаясь глубокой переработкой древесины. «В итоге, при наличии богатейших лесных ресурсов, наша зависимость от импорта, например, бумажной продукции, растет с каждым годом. Его объем сегодня превысил уже 3 млрд. долларов. Именно на эту сумму мы завозим лесопромышленную продукцию», — отметил Владимир Путин.
Исходя из этого, необходимость преобразований в лесной промышленности бесспорна. Вопрос лишь в том, соответствуют ли предлагаемые меры нуждам российского государства и народа.
Законопроект
Работа над проектом началась несколько лет назад и велась в основном рабочей группой Министерства экономического развития и торговли. В декабре 2004 года результат работы был официально передан в Правительство Российской Федерации. С тех пор и по сегодняшний день проект находится на доработке в Комитете Государственной Думы РФ по лесным ресурсам. После принятия в первом чтении, были проработаны более 100 поправок и внесено более 5600 предложений.
Председатель подкомитета Госдумы по лесным ресурсам Владимир Крупчак заявил: «Я считаю, что принимать Лесной кодекс в этой редакции ни в коем случае нельзя». По его словам, важнейшим недостатком кодекса является недоучет социальных последствий предлагаемых экономических мер. «Нельзя забывать, что в целом по стране в лесу работает примерно миллион человек, а с семьями — это уже пять миллионов», — подчеркнул он.
По словам Крупчака, с точки зрения эффективного развития лесной отрасли проект Лесного кодекса также не является удовлетворительным. В частности, это выражается в недостаточности государственной поддержки лесного бизнеса. В качестве примера он указывает на то, что Лесной кодекс предусматривает единственный механизм наделения арендаторов правом на разработку тех или иных лесных участков — аукцион. Этот механизм позволяет быстро получить доход в бюджет, однако перекладывает все обязательства по содержанию леса и инфраструктуры на арендатора, а также создает возможности для злоупотреблений в ходе так называемых «корпоративных войн». Наряду с аукционами следовало бы предусмотреть и другие формы, такие как конкурс, и особенно — концессия, предполагающая взаимные обязательства бизнеса и государства, отмечает Владимир Крупчак.
Тем не менее, есть и другой взгляд на новый Проект. Так, Российские неправительственные природоохранные организации — Центр охраны дикой природы, Международной социальноэкологический союз, российское отделение Всемирного фонда дикой природы (WWF России), Гринпис России, российское отделение Всемирного Союза Охраны природы (IUCN) — составили перечень наиболее существенных недостатков проекта Лесного кодекса, без исправления которых, по их мнению, проект не должен приниматься:
1. Противоречие процедуры создания особо охраняемых природных территорий (ООПТ) на землях лесного фонда действующему законодательству об ООПТ. Отсутствие однозначного указания, к какой категории защищенности относятся леса существующих особо охраняемых территорий.
2. Несоответствие ограничений на лесопользование, устанавливаемых Особой частью Лесного кодекса, режимам, установленным в соответствии с действующим Федеральным законом «Об ООПТ» и существующей нормативной базой.
3. Игнорирование Лесным кодексом требований природоохранного законодательства по охране редких и находящихся под угрозой исчезновения живых организмов и участков естественных лесных экосистем, не подвергшихся антропогенному воздействию.
4. Неясность формулировки, допускающей ограничение пребывания граждан в лесах, находящихся в аренде или собственности.
7. Наличие нерыночного механизма (повышения платы за использование лесных ресурсов), заставляющего лесопользователей использовать не менее 30% от каждого вида лесных ресурсов вне зависимости от конкретных условий лесопользования.
11. Игнорирование Лесным кодексом требований природоохранного законодательства о государственной экологической экспертизе.
Эксперты отмечают в проекте также отсутствие:
Сайт организации Гринпис России содержит призыв к гражданам массово обращаться к президенту с протестом против принятия Проекта в последней редакции. Главным аргументом против Кодекса является реальная возможность использования лесов в неограниченных объемах, упразднение разрешительной системы рубок леса системой подачи «лесной декларации», при которой пользователь в начале года подает государственным органам декларацию о том, сколько, где и каких деревьев он намерен срубить. И если уполномоченный орган не даст ответ в течение двух недель, декларация считается принятой без возражений.
Несомненно, существующая система получения разрешений в РФ далека от совершенства и предполагает слишком большой объем действий и документации для проведения рубки. Однако, это нецелесообразно лишь в отношении физических лиц, рубящих одно-два дерева для собственных нужд. Большим лесхозам это не так сильно препятствует в работе.
С точки зрения бизнеса, возражения вызывают положения Проекта, дающие преимущество исправительным учреждениям на аукционах. Это ставит производителей в неравные условия, ведь себестоимость леса таких субъектов рынка уже сейчас значительно ниже.
«Русский лес» превратится в «русскую пустыню»?
Лес в Российской Федерации издавна воспринимается как общая собственность народа, или, проще говоря, этот самый народ не считает лес чьей-то собственностью.
Как уже отмечалось выше, проблема незаконных рубок в России стоит сейчас очень остро.
| Незаконная вырубка леса — настоящая катастрофа для России
|
Как сообщает сайт Forest.ru, над российскими лесами сегодня нависла серьезная угроза. В то время как 40% массивов остаются недоступными для рубки из-за горного ландшафта и неразвитой инфраструктуры, лесозаготовительная промышленность значительно превысила допустимый предел изъятия древесины на многих доступных для лесозаготовительной техники территориях, в особенности вблизи железных дорог и населенных пунктов. Эта проблема осложняется неравномерным распределением лесов. Хотя лесоводы и утверждают, что площадь лесов и запас древесины в России растет, благодаря интенсивным заготовкам и пожарам на место зрелых хвойных насаждений ели, сосны и пихты приходят вторичные лиственные леса со скоростью около 0,8% в год от общей площади лесного покрова. Многие территории, на которых велись сплошные рубки, и, в особенности, территории, расположенные на вечной мерзлоте к северу от реки Амур, превратились в настоящие пустыни из-за сильных холодов и маломощного почвенного покрова.
Лесозаготовительная промышленность на Дальнем Востоке и в Сибири в настоящее время существует за счет экспорта круглого леса. Лесозаготовительные компании считают намного более выгодным экспортировать бревна, а не продавать их на местные лесопильные заводы, которые не могут покрыть высоких цен на древесину. В 1997 году круглый лес составил 85,3% общего объема производства, в 2000 году этот показатель подскочил до 90%. Около 68% этой древесины идет на экспорт в Японию, 25% — в Китай. Общий объем экспорта древесной продукции с Дальнего Востока и Сибири в страны АзиатскоТихоокеанского региона в 1999 году превысил 10 млн. м3 и несколько снизился в 2000 году.
В настоящее время только около 10% заготовляемой древесины перерабатывается местными предприятиями. В 1992 году промышленность была гораздо более сбалансирована: выпуск круглого леса составлял 40% от общего объема производства, переработка древесины — 41% и целлюлознобумажное производство — 16%. В то время почти половина всей древесной продукции использовалась в пределах региона, 1/5 поставлялась в другие регионы бывшего СССР, и 30% экспортировалось за рубеж.
Таким образом, у России, очевидно, появилась третья проблема (помимо дорог и некоторых не особо рассудительных граждан) — леса. Решение этого вопроса может дать ощутимый толчок всей экономике страны. Имея такие природные ресурсы, Россия может занять позицию одного из основных поставщиков продукции деревообрабатывающей и бумажной промышленности. Это будет непросто, но в противном случае Россия и дальше будет растрачивать попусту свое богатство и терять огромные деньги, оставаясь сырьевой базой мира. Новый Лесной кодекс в его нынешнем виде, к сожалению, не решит эту проблему, так как ничуть не стимулирует обрабатывающую промышленность, а наоборот — позволяет экспортировать лес в сыром виде.
Как гласит старая одесская пословица, «если в небе загорается новая звезда, значит, комуто это выгодно». Интересно, кому?
| 
